Воспитание

Все лучшее — детям

Золотые слова о Димитрия в этом интервью. В большинстве семей дети находятся на периферии жизни семьи, родители тяготиться ими. :(( От этого нежелания сосредоточиться на взаимоотношениях с ребенком эти отношения с детьми становятся невыносимыми.

Особенно мне про утренники понравилось как он сказал. Меня всегда коробило от этих детских мероприятий, в которых какая-то отвратительная фальшь всегда для меня сквозила.

***
— Отец Димитрий, почему сегодня дети, как многие считают справедливо или несправедливо, становятся в центре семьи? Так ли это?

– Совсем нет, наоборот, дети находятся на периферии семьи. Настолько далеко, что едва её чувствуют.

– Некоторые родители, в том числе и психологи, и исследователи, обеспокоены тем, что дети вырастают большими эгоистами.

– Это понятно. Но это происходит не потому, что всё лучшее отдаётся детям. Нет. Редкие семьи всё лучшее отдают детям. Питание, отдых, книжки, игрушки, всё самое порой непотребное, смело можно так сказать. Родители вообще не думают. Например, всяких персонажей фильмов ужасов продают в детских магазинах, родители покупают. Детям нравится, для них это всё знакомое, всякие ужастики. Проблема эгоизма детей проистекает из малодетности, из нежелания родителей детьми заниматься. Родители всегда хотят детей отдать. Сейчас нет уже ясель практически, но родители мечтают, чтобы был детский сад в шаговой доступности, чтоб была бабушка, которая должна помогать. Что значит помогать? На бабушку надо нагрузить ребёнка, а самой маме, самому папе заниматься саморазвитием. Ходить на эстрадные концерты, на футболы, праздновать юбилеи, корпоративы. От ребёнка родители откупаются, и ребёнок уже буквально с двух лет начинает манипулировать родителями, и поэтому он вырастает эгоистом, знает, как настроить взрослых, чтобы получить просимое. Он нуждается в человеческом общении, нуждается в общении с отцом и в общении с матерью. Но так как ему это не предоставляется, то он не знает, что существует такой продукт, и поэтому стремится к суррогатам, которые его от этого отвлекают, к мультикам всяким. А если ещё и детский сад есть, он даёт ему определённые траектории его саморазвития, где родители выступают только в роли зрителей, которые приходят на детские утренники, хлопают в ладоши, потом: «Так, ну всё, быстро одеваться, сколько можно тянуть?». За руку взяли и везут на транспорте, скорее бы сдать бабушке. Ребёнок – это самое несчастное, забытое существо. Он не знает, что такое любовь к человеку, что это такое, когда один чем-то жертвует для другого, что значит «поделиться». Эту модель, которую воспринял от родителей в детстве, он переносит на всё общество, на класс и на самих родителей.

– Правильно я понимаю, что сама фраза «Я отдала ребёнку всё лучшее, потом чёрная неблагодарность» надумана самими родителями?

– Конечно. Самое мягкое выражение, которое мне пришло в голову – это «брехня». Самое дорогое, что отдаётся детям – это внимание. Из всех вниманий возможных самое важное – это внимание к его душе, к его страданиям, к его радости. Мать и отец должны быть очень чутко настроены на волну, которую испускает душа дитяти, и в зависимости от этого родители должны строить воспитание. А волна, которую испускает душа ребёнка – это тот камертон, от которого весь строй музыкального инструмента, именуемого «семейные отношения».

– Батюшка, первая влюблённость. Ребёнок в первом классе, в пятом, он может с этим столкнуться, парень или девочка. Как родителям эту тонкую тему обсуждать?

– Дети не будут обсуждать с родителями. Дети не приучены с родителями ничего обсуждать. Дети варятся в собственном саке. К сожалению, ищут ответы на свои вопросы в самом клоачном источнике, который хуже, чем отхожая яма, именуется эта отхожая яма «интернет». Если раньше мальчики и некоторые девочки получали эти сведения в подворотне, то сейчас это подворотня, где вместо асфальта выгребная яма, куда сливаются всякие нечистоты, причём не только из этого дома, а со всего мира. В этом смысле всё обречено.

– Батюшка, давайте поговорим о тех семьях, где один, максимум два ребёнка.

– Сейчас это обычная советская семья, один и три десятых ребёнка. Мы просто говорим о русской семье, куда вкраплено три процента многодетных. Хотя семья, где трое детей, считающаяся у нас многодетной – это, по моим наблюдениям, совсем не многодетная семья, это лучше, конечно, чем два и один, но правильное развитие семьи начинается с пятого ребёнка.

– Правильное – это как?

– Есть такая пьеса – «Дети Ванюшина», на ней многие режиссёры обучают своих актёров, потому что там есть все персонажи, которые обычно используются в театре. Все есть роли. Так же и здесь: все возраста необходимы для приобретения богатого опыта семейной жизни, общественной жизни, взаимоотношения людей разного пола. Среди пятерых в среднем бывает два мальчика, три девочки или две девочки и три мальчика, и даже если четыре мальчика, то одна девочка всё же есть.

– Если говорить об обычной советской семье, когда не так много детей?

– Наша семья ещё многие десятилетия будет советской, а может, такой и умрёт. Русская семья – это в среднем восемь детей.

– Дореволюционная семья?

– Да, семь-восемь детей. Пятнадцать, двадцать – это обычное явление. Не только русская. Какая-нибудь Мирей Матье была четырнадцатой, вернее, первой, а потом ещё тринадцать родилось.

– К чему приводит, исходя из Вашего пастырского опыта, такое щепетильное отношение к детям, когда в семье не так много детей, один-два? В девять домой! А ты всё ли сделал? Бывает так, что встречаешься с девушкой или молодым человеком, ему звонит мама в девять вечера: «Ты где?». Звонки очень настойчивые.

– У нас в стране детей не любят.

– И родители?

– Конечно. Любят, бывает, бабушки. Не все, чаще встречаются бабушки, которые детей не любят вообще никаких, потому что дети нарушают их покой. Эти бабушки сами бывшие несчастные дети, которые тоже нарушали чей-то покой. Их так учили мамы и папы, орали, не давали им жить, а детям, чтобы сохранить своё «я», свою свободу, приходилось безбожно врать, что полностью согласовывалось с воспитанием советского человека. Одно думаем, другое говорим, третье делаем. И тем фальшивее мы это делаем. Вы обратите внимание, если сумеете это прочесть: вот телевидение, вдруг вызывают какую-то девочку, дают ей микрофон, и она тут же начинает говорить каким-то насквозь фальшивым голосом. Её вызвал взрослый человек, что-то требует сказать. Она тут же нам выкладывает то, что мы хотим услышать, совершенно искусственным тоном. Этому учат в детском саду, в школе, родители умиляются.

– Только что хотел об этом сказать. Все утренники, представления, спектакли без этого не обходятся.

– Всё, начиная сценарием, кончая интонацией. Вот я даже удивился. Был на одном спектакле в воскресной школе. Те же самые жесты, которым нас учили в детском саду, у современных детей! Как-то они так руками делают, я сейчас не повторю. Представление о том, как это надо, всё это через пятьдесят лет то же самое. Как будто я очутился в детском саду пятьдесят лет назад, простите, шестьдесят лет назад. Ничего не изменилось. Нет ни детской непосредственности, ни детской искренности. Ребёнок уже обучен совершенно другим вещам. Он обучен языку, который ожидает взрослый, реакцией на этот язык будут аплодисменты и потом, конечно, подарок к Пасхе или к Рождеству, к Новому году, к 1 мая – это неважно. Поэтому растёт потребитель, который знает, что от него ждут, тут же это выдаёт и ожидает награды. А воспитание заключается в другом. Однажды я был свидетелем такой сцены. Мальчик подбегает к священнику, берёт благословение, а батюшка даёт конфетку, говорит: «Иди, поделись с мамой». Он смотрит, ему надо понять этот текст, потом осознать, а потом должна произойти некоторая борьба, потому что он никогда в жизни этого не делал. Мама – это тот аппарат, из которого я получаю конфеты, как я могу делиться с ним? Это всё равно что взять банку газировки из автомата и половину обратно вылить. Но он пошёл и это сделал. Да, это было. Вот это педагогический приём, вот как надо детей учить. Вы, детки, уже взрослые. Мы вас сейчас посадим на праздник семейный, за отдельный стол, он поменьше, вам будет удобно. Но вот пять разных пирожных. Надо брать пирожное из пяти последним. Если пять разных кусков, ты выбери, какой самый маленький. Вот это правильно. И так далее. Не расставляй локти. Когда ты не в лесу и не один, орать нельзя. Вот обрати внимание, папа не орёт, мама не орёт. Зачем вы так кричите? И так десять тысяч раз повторяешь, получается воспитанный ребёнок. Потом приходит в помещение, говорит: «Здравствуйте!», причём это говорит не так громко, чтобы стены дрожали, а сколько соответствует его возрасту. Сказал «здравствуйте», услышали, очень тихонько.

– Это основные меры, которые помогают детям сохранять непосредственность, которая в них заложена изначально?

– Не только, нет, не только непосредственность, но нужно обязательно вызывать не какое-то жесто-звуко-интонационное подражание, а стараться вызывать их на творчество, естественную интонацию. А получается, зазубриваются жесты, зазубриваются интонации, зазубриваются тексты. Это, к сожалению, не очень правильный метод. Дети – чрезвычайно творческие люди.

– Все?

– Конечно. Нужно дать им возможность себя таким образом реализовать, чтобы это всё развилось. Не так, чтобы по трафарету рисовать вишенки с двумя листиками, домик о четырёх стенах, об одном окне, сбоку дверка, сверху труба, из неё дым идёт. Не знаю, где они видели, но все дети рисуют одно и то же. Это от чего происходит? Они рисуют не то, что видят, не то, что переживают, а такие детские иероглифы. Вот эта фигура – иероглиф слова «дом».

– В пять лет уже поздно думать о том, чтобы перевоспитать, что-то переменить или поменять в своей стратегии по отношению к детям?

– Во-первых, никогда не поздно. Во-вторых, очень много утрачено, потому что дитя в основных своих линиях души формируется к четырём годам. Но всегда можно постараться некие миры открыть ребёнку, он может этим заинтересоваться, поэтому мы видим такие феномены в истории. Михайло Васильевич уже взрослым юношей открыл для себя мир науки, которого он не знал и в отрочестве, и в юношестве. Он пришёл учиться, когда из него сформировался молодой мужчина, в XVIII веке в таком возрасте уже жениться ему надо было. Современная семья не готовит даже к жизни человека. Девочка не готовится к будущей семейной жизни, к материнству, потому что если бы у неё были четыре, пять или шесть младших братьев и сестёр, она была бы уже готовая мама. Она бы кормила и готовила им еду, мыла посудку, и пеленала, и укачивала, и не боялась нисколько многодетности, не ужасала бы её эта перспектива, наоборот, старалась бы оградить от влияния бабушки и дедушки, хотела бы сама воспитывать своих детей.

http://www.dimitrysmirnov.ru/blog/cerkov-75185/

Все лучшее — детям: 6 комментариев

  1. Сейчкс я уже не отдам мл.дочь в детский сад…Но,моя старшая дочь(18.5)лет ходила в сад.И все ее и мои воспоминания о воспитательнице и садике самые лучшие.Недавно в очередной раз обсуждала а ней эту тему,спрашивала хоть об одном негативном случае-не может такой вспомнить.)Когда я приходила в акд за ней по раньше,то всегда ждала дочь еще 30-60 мин,пока она наиграется.Утренники для ребенка были настоящим праздником,где она перевоплощалась в разных сказочных персонажей.Воспитательница была любимой и тоже искренне любила детей.Спустя много лет мы успоминаем с благодарностью нашу воспитательницу,и хоть нас разделяют 1000 км,мы редко, но поддерживаем связь.
    Я думала много после бесед о.Димитрия и его негативном отношении к саду,может все индивидуально?и зависит и от ребенка и от воспитательницы и условий сада и всего коллектива детей ?
    Это я не к тому,что НАДО отдавать деток в сад,а о нашем опыте и отсутствию негатива или последствие после сада(чего не могу сказать о школе,но это совсем другая печальная история белгй вороны).

    Нравится

    1. Бывают, очень редко, правда, но хорошие воспитательницы. Просто для ребёнка изоляция в детском коллективе вредна — это развитие задерживает

      Нравится

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s